Previous Entry Share Next Entry
«Смысла я в тебе ищу…»
akatv


Опубликована запись второй лекции-беседы Анастасии Георгиевны Гачевой в Московской областной научной библиотеке им. Крупской о философии русского космизма.
Её тема:«Смысла я в тебе ищу…» Человек и природа, смерть и бессмертие в русской мысли и литературе XVIII – первой половины XIX века.

Лекция началась с описания особенноcтей русской классической философии: «русская литература прежде всего искала смысл существования, и поэтому она является фундаментом рождения русской философии, причем философия в России тоже особая, она не просто отвлеченная какая-то философия, она всегда стремится к действию, она всегда стремится найти выход к истории, к практике жизни.»
«русская философия, в том числе и философия космизма, это философия действия»

После общего вступления Анастасия Георгиевна перешла к проявлениям идей космизма в произведениях отдельных авторов, и начала с Михайло Васильевича Ломоносова, который писал о том, что наука не противоречит вере:
«мысль о том, что наука и научное знание – а ведь именно в науке человек является деятелем – он испытывает мир, он познает законы мира, он пытается управлять этим миром - так вот,наука, с точки зрения Ломоносова, вере не противоречит. А напротив, она является оправданием и утверждением веры.»

Далее она перешла к идеям интереснейшей фигуры Гавриила Романовича Державина, поэта-мыслителя:
«У Державина уже помимо вот этого тверждения, благого утверждения человека в мире,у него появляются некие вопросы, вечные вопросы. И он же нам обозначает двуприродность человека. Парадокс человека впервые появляется в лирике Державина. И в оде «Бог», где дается определение человека как существа, стоящего в центре мира, у которого есть некое задание в этом мире:
Частица целой я вселенной,
Поставлен, мнится мне, в почтенной
Средине естества я той,
Где кончил тварей ты телесных,
Где начал ты духов небесных
И цепь существ связал всех мной.

(Державин. Ода «Бог». 1974)

Эта мысль о человеке, стоящем на лествице восходящего развития, которой связанна цепь существ.
Она будет и у Радищева в трактате «О человеке, его смертности и бессмертии»
У Радищева появляется совершенно замечательное определение человека. Он говорит: «Человек есть существо соучаствующее».



Во второй части Анастасия Георгиевна переходит к эпохе русского романтизма.
«Именно романтизм открывает уникальность конкретного индивидуального неповторимого я. То есть, именно романтизм начинает видеть не родового человека, абстрактного человека, как его видел классицизм, а конкретную личность. Конкретный микрокосм, который столь же неисчерпаем в своей глубине, как и мир, раскинувшийся вокруг него.
И более того, русский романтизм утверждает особый тип отношений человека к человеку, то есть, это отношение к другому как к такой же уникальной неповторимой личности. Неслучайно в эпоху романтизма так был ценен культ дружбы, сердечно-родственных связей.»

Тут сопоставляются примеры из произведений Фёдора Ивановича Тютчева, Михаила Юрьевича Лермонтова и Александра Сергеевича Пушкина. И Анастасия Георгиевна на примерах показывает, что понятие о месте человека в мире со времён Державина уже начало меняться.

Затем приводятся примеры из произведений Владимира Фёдоровича Одоевского, где, в частности, появляется образ человека-творца и хозяина мира, очень важный для космизма.
Одоевский говорил, что «новая наука и новое искусство движутся синтезом веры человека в мир разума и религиозного чувства, разума и [...] творческой научной способности»
И завершается лекция цитатой из стихотворения Лермонтова «Когда б в покорности незнанья», которое перекликается с этой мыслью Одоевского:

Когда б в покорности незнанья
Нас жить создатель осудил,
Неисполнимые желанья
Он в нашу душу б не вложил,
Он не позволил бы стремиться
К тому, что не должно свершиться,
Он не позволил бы искать
В себе и в мире совершенства,
Когда б нам полного блаженства
Не должно вечно было знать.



?

Log in

No account? Create an account